Фишгойт

Лазарь Ефимович
(19.04.1913 – 1989)

Почетный гражданин г. Железнодорожного (1973). Свой трудовой путь начал в раннем детстве: после 6 класса пришлось идти работать, так как умер отец. Окончил Ленинградский строительный институт по специальности «инженер-технолог строительных материалов». В годы Великой Отечественной войны работал главным инженером Черемушкинского кирпичного завода. Первая награда – медаль «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны» за восстановление объектов стройиндустрии и жилья. В 1965 г. возглавил Кучинский керамический комбинат. Благодаря его умелому руководству в 1975 г. на знамени Кучинского керамкомбината появился орден Трудового Красного знамени, 70 рабочих и служащих получили ордена и медали, а рабочие комбината А.В.Романова и С.Ф.Федотов были удостоены звания Героя Социалистического Труда. Здесь впервые в стране было осуществлено техническое перевооружение плиточного производства. Под руководством Л.Е. Фишгойта комбинат керамических облицовочных материалов стал крупнейшим производственным объединением. Ему самому было присвоено звание «Заслуженный строитель РСФСР». Награжден орденами Ленина, Октябрьской Революции, Дружбы народов, Знак Почета.

Из воспоминаний бывшего генерального директора  производственного объединения «Москерамика» Лазаря Ефимовича Фишгойта

День Победы. Этого дня  мы ждали. Ждали и боролись.  Очень много  писалось и пишется до сих пор о наших славных  воинах, подвиг которых привел к Дню Победы.  Но,  как известно, победа ковалась не только на фронте. Большую роль сыграли в этом и труженики тыла, обеспечивавшие действующую армию всем необходимым. Лозунг «Все для фронта, все для победы» подчинял себе все наши помыслы и стремления. Во время войны на востоке страны производство цемента, кирпича, извести, столярных изделий и других строительных материалов  было равнозначно производству танков, самолетов, орудий и другой военной техники и снаряжений. Ни одна стройка военной промышленности не могла обойтись  без строительных материалов. Отсутствие квалифицированных кадров, большинство которых ушло на фронт, создало крайне напряженное положение.
Война застала меня  в Москве, в должности главного инженера Черемушкинского кирпичного завода,  тогда крупнейшего в стране.  Нам с бывшим директором Григорием Григорьевичем Охтиным было приказано оставаться на заводе, который был включен в работу, связанную с мероприятиями по обороне Москвы. Из 3000 человек, работавших до войны на предприятии, значительное количество было  призвано в ряды Красной Армии, часть работников вместе с семьями были эвакуированы. На заводе осталось около 1000 человек, в основном женщины, которые участвовали в строительстве оборонительных  рубежей. Часть работников завода, в основном коммунисты,  влились  в партизанский отряд, сформированный  для действий в западных районах Московской области (Можайский район).  На руководство завода  возлагалась задача экипировать этих людей, создать им запас  продовольствия и переправить все в места расположения отряда, что и было сделано.
С началом войны производство кирпича было прекращено, а остатки его  на нашем заводе и других заводах  Московского управления отпускались только по распоряжениям Моссовета для оборонных объектов и нужд гражданской обороны города Москвы.  На заводе продолжали действовать два цеха: ремонтно-строительный и ремонтно-механический.  Первый стал  заниматься изготовлением спецукопорки (так называлась деревянная тара для снарядов и мин). Отправляли мы ее  на Краснопресненский завод силикатного кирпича,  на котором был  организован выпуск мин.  Ремонтно-механический цех стал изготавливать  из рельс большого профиля  противотанковые ежи. Их устанавливали  на въездах в Москву и других танкоопасных направлениях. Об этих местах  нам нет-нет, да и напомнят кадры хроникальных кинофильмов военных лет. Мы, в частности, отвечали за установку ежей на бывшей Калужской заставе. Это место, где сейчас установлен памятник Ю.А.Гагарину. Граница Москвы проходила тогда по окружной железной дороге, а дальше шли  земли Московской области. Я пишу об этой окраине Москвы, так как здесь, в этом районе, находились  Черемушкинский, Воронцовский и Лениногорский кирпичный заводы.
Тогда  не было Ленинского проспекта с прилегающими к нему улицами, не было высотного здания МГУ. Земли нынешних Профсоюзной улицы и Ленинского проспекта зияли карьерами, где многоковшовые экскаваторы  на рельсовом ходу добывали глину для  этой группы кирпичных заводов.  На всех  них с началом войны были развернуты подразделения местной  противовоздушной обороны. У нас, например, начальником объекта являлся директор  завода, а я был начальником штаба. Все мы находились на казарменном положении. И обязаны  были всеми средствами обеспечить защиту от пожаров капитальных зданий завода и жилого поселка. Особое внимание уделялось деревянным сушильным сараям. Их общая протяженность на территории завода составляла  27 километров.  Дело в том, что наш Черемушкинский завод находился на относительно близком расстоянии от автомобильного завода имени Сталина (ныне Лихачева), важного  оборонного объекта Москвы, и загорание сараев  освещало бы путь  к этому заводу: регулярно, начиная с 22 июля 1941 года, фашистская авиация совершала вечерние и ночные  налеты на Москву. Но только один раз врагу удалось зажигательными бомбами поджечь сараи.  Возникло  40 очагов огня, нарастала большая опасность. Силами нашей  заводской роты ПВО очаги были быстро ликвидированы. Помощь в этом нам оказали воины артиллерийского зенитного дивизиона, расположенного на территории завода. Вблизи жилых домов были сооружены простейшие укрытия – щели.  С 22 июля  1941 года, то есть с начала налетов на Москву, в щелях как правило укрывались женщины с детьми и престарелые жители.
Бойцы подразделений противовоздушной обороны по сигналу «Воздушная тревога» занимали посты  для дежурства на всей площади завода согласно установленному распорядку и имели телефонную  связь со штабом, который располагался в специально оборудованном подземном укрытии с телефонным коммутатором.
Особенно напряженными для Москвы были дни октября и ноября 1941 года.  С 20 октября в Москве и прилегающих районах  было введено осадное положение. У нас в те дни была постоянная телефонная и личная  связь  со штабом противовоздушной обороны города.  На улице Горького, 19 (здание редакции газеты «Труд») находилось управление нашей промышленности, которым в то время руководил Дмитрий  Петрович Преферансов (после войны он работал в должности заместителя председателя Совнаркома РСФСР).
На собрании Московского актива 13 октября 1941 г. А.С.Щербаков, секретарь ЦК, МК и МГК партии,  от имени ЦК  партии обратился к москвичам с призывом организовать производство оружия, которого в то время не хватало для формировавшихся рот и батальонов защитников Москвы.  На многих заводах было организовано производство вооружения. Включились в это дело и предприятия нашего Управления. В декабре 1941 г. враг был отброшен от Москвы.